Взгляд на историю ДВА 22.04.2016

Из истории Детско-взрослой академии: отцы-основатели, эпохи, логика развития.

Юдина Т.П. (методолог ЦО № 1811 "Измайлово"), 2004 год

Это история Детско-взрослой академии, созданной в 1997 году на базе УВК «Измайлово» №1811.

Говорят, что идея ДВА витала в воздухе, но именно в «Измайлово» начала реализовываться систематически. Вроде бы, еще до 1997 года проводилось несколько сессий академии в Проектном колледже. Но нам про это мало что известно. Знатоки утверждают, что сам термин «Детско-взрослая академия» был придуман В.А. Жегалиным.

Я не ставлю перед собой цель вспомнить все восемнадцать сессий. Я вряд ли смогу вспомнить все тексты, фильмы, спектакли, которые обсуждались в рамках ДВА. И уже, конечно, не вспомнить всех участников академии. Но можно попробовать восстановить идею создания ДВА, как я ее понимаю, разные содержательные и организационные метаморфозы, которые с нами случались, наконец, некоторые традиции «дэвэашной» жизни.

§ 1. Отцы-основатели.

Итак, 1997 году группа инициативных педагогов из разных регионов страны (Москва, Ярославль, Зеленоград) решила, что образования, получаемого учеником в школе недостаточно. Дело не в знаниях или способностях, а в том, что становлению личности, включению ее в проблемные области современной жизни на уроках почти нет места, не говоря уже о создании ситуаций, в которых ученик должен был бы самоопределяться. Короче говоря, современная школа почти не занимается мировоззрением своих воспитанников. Да и возможность реализовать собственные интересы появляется редко, опять-таки из-за учебных программ, из-за перегруженности учебного дня школьника. Поэтому педагоги решили создать оригинальную форму дополнительного образования, которая специально бы восполняла эти пустоты. Так возникла Детско-взрослая академия.

Она создавалась как своеобразное клубное пространство, где и взрослые, и дети на равных обсуждают проблемы современной культурной и духовной жизни. Равенство здесь понимается, как необходимость честного и открытого включения в работу, публичного самоопределения, а также совместного поиска ответов на возникающие вопросы. На Детско-взрослой академии никто не знает как правильно, но каждый определяет для себя как должно. Взрослые, вполне определившиеся в жизни, имеющие в жизни твердые ценностные основания, каждый раз заново осмысляют и предъявляют их своим ученикам, которым предстоит еще ценностный багаж сформировать. Это ли не диалог поколений?

Устройство или организационная конструкция ДВА возникла на самой первой сессии и затем уже воспроизводилась почти всегда. Три кита ДВА:

  • образовательная игра, построенная по принципам оргдеятельностных игр
    (Г. Щедровицкого);
  • мастерские, где и у детей, и у взрослых была возможность попробовать реализовать свой замысел, осуществить, так сказать, пробные действия;
  • культурная программа. Сессии, как правило, проходили в культурно-исторических и духовных центрах, поэтому знакомство с местными достопримечательностями стало неотъемлемой частью ДВА.

Ну вот, настало время назвать тех, кто стоял у истоков Детско-взрослой академии: Губановы Татьяна Михайловна и Андрей Юрьевич, Жегалин Владимир Александрович (светлая ему память) и Иванова Зинаида Тимофеевна, Назарова Ирина Геннадьевна, Ефремов Евгений Николаевич и, конечно, Александр Аронович Рывкин, ставший бессменным президентом ДВА.

Первая сессия академии проводилась в г. Суздале летом 1997 года. Называлась она: «Мир, в котором нам предстоит жить, или как заглянуть в будущее...». Во главе угла был вопрос о ценности гуманитарного знания. Из рефлексии А.Ю.Губанова (руководителя игры): «Как передать нашим детям способность удивляться и радоваться невещественному миру Идей, власти Слова, величию Поступка. Естественные науки утвердили свое могущество в чудесах современной техники. А что заставляет людей из века в век размышлять и мучиться над такими, казалось бы, далекими от насущных нужд вопросами: что есть свобода? Почему зачастую в мире торжествует несправедливость? В чем смысл человеческой жизни? Что есть добро и зло? Что такое любовь? (…) Впрочем, гуманитарное знание становится практичным, если мы начинаем использовать его как средство работы со своим будущим…»

Работали над текстами: отрывок из романа Г. Гессе «Игра в бисер», отрывок из романа А. и Б. Стругацких «Отягощенные злом», П. Флоренский «Соль земли», О. Бальзак «Гобсек», детский фольклор (анекдот). На ДВА приехали школьники и педагоги из городов: Кемерово, Москва, Севастополь, Ярославль. И это стало традицией: приглашать на сессии всех, у кого есть интерес и желание включиться в работу.

Вторая сессия «Культура визуальных искусств» проходила зимой 1998 года в Москве. Мы смотрели два фильма: С. Соловьева «Сто дней после детства», Б. Лурмана «Ромео и Джульетта». Кино и видеофильмы в жизни современного человека занимают, как правило, значительную часть. Но что происходит с нами, когда мы смотрим кино, умеем ли мы смотреть и понимать фильмы? Что мы знаем про монтаж? Какими приемами создается представление о герое, о событии? Эти и подобные вопросы задавали себе участники второй сессии. И, возможно, трудно было бы ответить, если бы не эксперты-профессионалы. А обращение к экспертным оценкам стало еще одной неотъемлемой частью ДВА.

Вторая сессия запомнилась еще очень яркими мастерскими. Участникам была предоставлена возможность самостоятельных попыток съёмки небольших видеофильмов (сценарий, режиссура, актёрские репетиции, работа операторов, монтаж). В результате в архиве школы хранится несколько фильмов, созданных участниками ДВА. А, забегая немного вперед, скажу, что на 17 сессии ДВА, зимой 2004 года уже новое поколение «дэвэашников» обсуждали эти видеоработы.

Была еще одна идея – приглашать на сессии «замечательных людей», тех, кто смог себя реализовать, кто прожил яркую жизнь, кто, не смотря на все обстоятельства, смог построить свою жизнь неординарно, кому есть чем поделиться, что рассказать школьникам. Пока эту идею нам не удается реализовывать регулярно. А тогда, в 1997 году, нам рассказывал о своем жизненном пути Побиск Георгиевич Кузнецов (светлая ему память). На его долю выпало немало испытаний. Сын военного, он накануне Великой Отечественной Войны поступает в танковое училище. Когда начинаются военные действия, Побиска Георгиевича направляют на фронт. И там, в перерывах между боями, молодой лейтенант впервые понимает, что воюют-то между собой две социалистические партии – фашисты и коммунисты. После ранения в руку, его комиссовали. И тут Побиск Георгиевич делает для себя еще одно открытие: ему еще нет и двадцати, а он умеет только убивать. Потом учеба в МГУ, ГУЛАГ, «психушка» и т.д. Но, рассказывая про свою жизнь, Побиск Георгиевич каждый раз делился своими открытиями, по сути, показывая пример выживания в способности размышлять, понимать, учиться.

§ 2. «Мы пойдем другим путем…» Придумай название!

Здесь наша история о ДВА должна некоторым образом приостановиться. Сделаем небольшое отступление. Осмысляя с высоты сегодняшнего дня все коллизии, происходившие с ДВА, я вдруг увидела какую-то особую логику в развитии академии.

Во-первых, и я заявляю это смело, академия – живой организм. ДВА живет идеями, делами, способностями и талантами тех людей, которые ее организуют.

Во-вторых, ДВА развивается. Академия и ее обитатели учатся, и все, что происходит с ними на сессиях, становится основой для дальнейшей жизни.

В-третьих, каждая следующая академия – это шанс для любого, кто хотел бы заявить или реализовать что-то новое в сфере образования.

Итак, мы продолжаем рассказ об истории ДВА. Может быть, удастся прояснить вышеперечисленные пункты.

Напомним, что одним из «отцов-основателей» академии был В.А. Жегалин. И у него возникла идея обсуждать с детьми не только гуманитарные проблемы, но и научные. Владимиру Александровичу было интересно воспроизводить те мыслительные ходы, которые осуществляли когда-то ученые и философы, создавать культурные образцы мышления и деятельности. Этому-то и были посвящены несколько сессий ДВА.

Третья сессия Детско-взрослой академии состоялась летом 1998 года на Рубском озере Ивановской области. Это был уже не клуб, а рабочая команда, где у каждого была своя зона ответственности. Владимир Александрович обозначил контур проблемного поля: школа передает знания, а должна передавать образцы мышления и деятельности. И взрослое население академии, используя весь свой педагогический арсенал, совместно с младшими академиками пытались понять, как должны быть устроены подобные образцы. В результате родилась ролевая игра «Средневековый город» по истории, была осуществлена попытка переписать учебник по математике.

На Рубском озере произошло важное, даже знаменательное событие для академии, хотя оно было не очень заметно, явлено, афишировано. Я имею в виду семинар для педагогов, который проводил Владимир Александрович. Он предложил младшим академикам совместно прочитать текст (какой уже не помню) и подумать над тем, как они понимают этот текст, т.е. не то, что поняли, а то, какие они осуществляют операции, чтобы понять. И, конечно, в ответ рассказал, как устроено его собственное понимание. А затем все взрослые долго обсуждали работу ребят и Владимира Александровича. Сегодня уже я думаю, что это была первая попытка обнаружить проблему «понимания-непонимания», первый выход на категорию «структура». В последствии эта методическая проблема выйдет перед «академиками» на первый план.

Еще одним открытием этой сессии стало то что, «магическое» для «академиков» действие - рефлексия - может быть веселой и увлекательной, если она проводится в театральной форме.

§ 3. Что наша жизнь? - Игра!

Так, в Академию ворвался театр «111». Четвертая сессия ДВА проходила в г. Владимир, и на ней обсуждалась пьеса А. Слаповского «От красной крысы до зеленой звезды». Кульминацией обсуждения пьесы стал спектакль театра «111» режиссера А.В. Гребенкина.

Что такое современная драматургия? Нужно ли читать пьесы? Что мы знаем про современные пьесы? Каков он, театр, сегодня и каким он должен быть? На эти и подобные вопросы приходилось отвечать академикам на той сессии.

Из рабочей команды мы плавно превратились в актеров-режиссеров-зрителей. Мы сами предлагали обстоятельства, сами их проживали и сами верили или не верили себе.

Под знаком театра прошло потом еще много сессий. Как можно забыть «театр с конями, кино и немцев» по «Гамлету». Спектакль показывали ночью, в заброшенном храме при факелах, и Гамлет приезжал на настоящем коне! А сколько киновариантов шекспировской пьесы тогда было привезено с собой, правда, как мне помнится, только взрослые их и смотрели. Ну а когда приехала какая-то немецкая делегация и стала расспрашивать на ломанном русском, что здесь происходит!!! Театр – да и только! А зато, когда демонстрировались результаты работы мастерских, монолог Гамлета «Быть или не быть…» был прочитан три раза, ребятами из одной мастерской, и три раза он звучал по-особому. Каждый осмыслял этот отрывок по-своему и сумел донести свой смысл до зрителей.

Летняя сессия 2000 года по «Снегурочке» А.Н. Островского стала еще одним «рубежом» в истории ДВА. Как раз тогда, благодаря Владимиру Александровичу Жегалину, было очень точно обозначено «основное проблемное место» в работе детской (а отчасти и взрослой) аудитории над текстами. Младшие академики легко восстанавливали ход истории, последовательность действий, множество смыслов, но выделить содержательные части рассказываемой истории и понять суть отношений между ними, оказалось проблематично. Это открыло перед «дэвэашниками» новый фронт работы. Все последующие сессии были так или иначе посвящены пониманию с помощью категории «структура».

А еще эта сессия запомнилась своими фольклорными играми, хороводами и песнями… Впервые общежизненное пространство академии строилось специально и соотносилось с темой образовательной игры. До этого жизнь академии как бы условно делилась на игровые дни (плотность времени, интенсивность переживаний, динамика мировосприятия в игре отличаются от обычной жизни) и неигровые дни, т.е. дни, когда проходят экскурсии, мастерские, спортивно-оздоровительные мероприятия. На сессии по «Снегурочке» игра и «жизнь» переплелись. Фольклорный русско-народный элемент пьесы «обыгрывался» в хороводах и песнях.

§4. Эпоха homo ludens

Приблизительно в это время академией заинтересовался Е.Ф.Сабуров. И у него возникла идея написать специально для академии несколько образовательных пьес. Герои этих пьес играючи, обсуждали очень сложные и важные темы. А мы, вслед за героями, проигрывая их роли, пытались понять основы разных культур, увидеть их единство («Организация моря»); а также пробовали понять исторические метаморфозы, случившиеся в нашей стране в 20 веке (пьеса «Четыре на четыре»).

Благодаря Евгению Федоровичу академики вновь взглянули на себя по-другому. Теперь мы определяем себя как клубное производство, где игра является основным движущим мотором образования.

С легкой руки Евгения Федоровича академики попробовали прочитать главный текст – Библию. Эта идея давно посещала ДВА, но Сабуров смог нас убедить в том, что мы уже доросли до этого.

Здесь я должна сказать, что игры по Ветхому Завету, проведенные в 2002 – 2003 являются несомненным событием в жизни ДВА. Но в мою, столь «гладкую» периодизацию они пока не вписываются или стоят особняком. Я думаю, тому, что в академии начались новые времена, мы во многом обязаны именно этим сессиям. То ли с академиками что-то произошло, то ли сам факт взятия такой вершины имеет огромное значение, но ДВА становится другая. В чем? Надо подумать…

§ 5. Новые времена

Писать историю всегда очень сложно. То, что было давно – стирается из памяти и очень сложно восстановить, то, что произошло недавно, очень трудно осмыслить, квалифицировать, оценить.

Я подхожу к концу своего рассказа. И для меня «новые времена» начались зимой 2004 года на 17-й Детско-взрослой академии. Свою периодизацию я строила из внутреннего ощущения того, что в разное время академия как бы увлекалась разным. Отчасти, это зависело от того, кто руководил сессиями или кто в них доминировал. Отчасти от того, как менялось содержание нашей работы или в какую проблемную область мы углублялись. Вначале это были мировоззренческие, гуманитарные проблемы, затем область научного знания, затем область современного искусства, после этого культурология, а также область духовного знания. И не смотря на то, что не прошло еще и года, и вроде бы еще свежи впечатления и воспоминания о двух последних сессиях (зимней и летней), мне очень сложно определить сейчас наше новое направление. Но можно с уверенностью сказать, что это уже новый этап в жизни ДВА. Видимо, как раз, поэтому и сложно определить его, слишком мало времени прошло. Но попробую сделать предположение.

Пока мне видится, что академия, пройдя все предыдущие этапы, собрала в себе все, что было открыто, и готова работать в любом уже названном проблемном поле. Главное, чтобы был человек, готовый углубиться в это поле сам и повести за собой других.

Так что же случилось на 17-й ДВА? Во-первых, количество взрослых и детей было практически равным. Во-вторых, на игре «проектировалось» будущее академии. В-третьих, у нас появился совет ДВА. И, в-четвертых, дети и взрослые поняли, почему им так нравится участвовать в академии. Из рефлексии И.Г. Назаровой (руководителя игры):

  1. «ДВА представляет собой общество свободно объединяющихся людей для удовлетворения основной человеческой потребности – познания истины. Никакой внешней причины для её существования нет и быть не может.
  2. Соответственно, основной рабочий процесс в ДВА и есть процесс движения к истине. Обратите внимание, не приобретение знаний, не овладение техниками, не обучение! Хотя разные участники могут при этом ставить свои цели.
  3. Решили, что идея ДВА – обнаружение участниками своего «Я»: обнаружение, укрепление, становление, раскрытие, развитие, реализация. Специально привожу много глаголов, чтобы каждый выбрал для себя наиболее подходящий или подобрал свой, главное не быть массой, толпой.
  4. Основной результат ДВА состоит в увеличении социального капитала, приобретении участниками способности осуществлять культурную социализацию, умения строить социальные отношения в различных ситуациях, умения создавать социальные организованности под решение различных задач.
  5. А в тексте Платона меня поразило открытие того, что в процессе познания не два действующих субъекта: познающий и познаваемое, а три: есть ещё солнечный свет, который даёт зрение познающему и, освещая познаваемое, делает его видимым. (Я понимаю, что это символ, но мне близка точка зрения о том, что озарения, которые с нами случаются, требуют потом многолетнего осмысления.) И второе очень важное положение: ответственность за то, что признавать в качестве истины, в конечном итоге, несёшь ты сам. Путь к истине труден, и никто не может за тебя его пройти. Чтобы познать предметы в их истинном значении, ты не можешь только рассуждать о том, что ты видишь, но должен что-то делать с собой, чтобы выйти на свет из пещеры».

Ну, вот, я подхожу к концу истории… своей, а не истории ДВА. Наверняка, я что-то упустила, что-то недорассказала, что-то исказила, а что-то не поняла. Надо было бы еще рассказать про атмосферу «дэвэашной» жизни, опять-таки про выпускников, которые не забывают академию, возвращаются к нам (а ведь это тоже показатель!), про педагогов, которые сами себя называют «дэвэашными», про слезы, без которых, по-моему, не обошлась ни одна сессия (ах, как тяжело развиваться!), про «интеллектуальное удовольствие» рассказать поподробнее, описать его суть и т.д. Хорошо было бы рассказать больше про сессии, про участников старичков и новичков, про открытия и озарения…